anisiya_12 (anisiya_12) wrote,
anisiya_12
anisiya_12

Categories:

Продолжение про Ледина.

Начало тут: http://anisiya-12.livejournal.com/159331.html

"Семен Алексеевич только оторвался от прицела, сбив назойливого "Сейбра", как по
кабине хлестанула очередь. Вдребезги разлетелось остекление фонаря и приборная доска,
однако сам самолет остался послушен рулям. Да, это был удар аса!

Так обычно повергал противника капитан Макконнелл, но и мастерство советского летчика
было не хуже. Он тут же среагировал на удар и резко бросил самолет вправо на атакующего "Сейбра". F-
86 Макконнелла проскочил "МиГ" и оказался впереди и слева. Американский ас, по-
видимому, несколько успокоился, наблюдая, как задергался советский истребитель. Это
была нормальная реакция "обезглавленного" (т.е. с убитым летчиком) самолета. Когда
же МиГ-15, находясь сзади, стал выворачивать в сторону "Сейбра", Макконнелл
удивился, стал выпускать закрылки и щитки, гася скорость и пытаясь пропустить
противника вперед. Но было уже поздно - Федорец навскидку ударил (а удар у МиГ-15
хороший!) по американцу".
Еще прервемся. Макконнелл, подкравшись, ударил по МиГ из 12-ти пулеметов. А толку?
У Федорца при проскакивании "Сейбра" были доли секунды открыть огонь, и он попал по
американцу, вероятно, единственным снарядом 23-мм пушки. А этот снаряд размером с
аптечный пузырек из-под пенициллина. Но в нем была взрывчатка Ледина! Читаем
результат:
"Очередь пришлась по правой консоли, ближе к фюзеляжу, вырвав из крыла кусок в
добрый квадратный метр! "Сейбр" кувыркнулся вправо и пошел к земле. Опытному
Макконнеллу удалось-таки дотянуть до залива и там катапультироваться.
А на подбитый "МиГ" тут же накинулись оставшиеся F-86. В результате этой атаки
были перебиты тяги управления, и советскому летчику пришлось катапультироваться.
Так закончился этот драматический поединок двух асов в небе Кореи.

Это была 5-я и 6-я победы Федорца, а у капитана Макконнелла - 8-я. Правда, из-за того,
что самолет американского аса упал в море, а пленка фотоконтроля сгорела вместе с
МиГом, победу Семену Алексеевичу не зачли как подтвержденную".
Советские ВВС потеряли в Корейской войне 335 самолетов всех типов и сбили, по нашим
неполным подсчетам, 1106 самолетов. (Нашим летчикам засчитывался сбитый самолет,
если он падал на территорию Северной Кореи, а если падал в море или дотягивал до
Южной, то не засчитывался). Соотношение 3:1 в пользу советских ВВС, а по реактивным
истребителям - 2:1.109
Так что Сталин понимал, о чем говорит, когда предложил снаряжать взрывчаткой Ледина
снаряды авиационных пушек - эти снаряды даже в "Летающих крепостях" делали дыры
площадью в 2 м2. (Больше входной двери, если кому-то захочется образно представить,
что такое 2 м2).
Взрывчатка и наркомы
На совещании у Сталина было принято решение о создании при Наркомате боеприпасов
Специального экспериментально-производственного бюро (СЭПБ), которому поручалось
испытать с новой взрывчаткой все имеющиеся на вооружении бронебойные снаряды,
развернуть производство взрывчатки "А-IX-2" и снаряжение ею бронебойных
боеприпасов. Руководителем этой группы инженеров был назначен матрос Ледин. Правда,
Сталин в отличие от Кузнецова внимательно относился не только к снарядам, но и к
людям. Уже вечером Ледину сообщили, что личным приказом Верховного ему присвоено
воинское звание военного инженера третьего ранга, что примерно соответствовало званию
майора. (Соответственно Наркомат ВМФ месяц не мог снять копии с этого приказа для
склада вещевого имущества, и военинженер Ледин продолжал руководить бюро в форме
матроса).
Как я понимаю, освоение производства новой взрывчатки проходило при пассивном
сопротивлении наркомата боеприпасов. Нарком Ванников за всю войну ни разу не
встретился с Лединым, начальник первого главка наркомата Г.К. Кожевников "занял по
отношению к СЭПБ весьма недружелюбную позицию", - пишет Е.Г. Ледин.
В начале работы взорвалась мастерская по снаряжению корпусов снарядов, в которой
находилась взрывчатка "А-IX-2". Погибло 12 человек. Сталину немедленно сообщили об
этом с вопросом, что будем делать? Ожидался ответ о прекращении работ, но Сталин не
обрадовал бездельников и распорядился - пошлите Ледину еще 24 человека. Взрыв не
был связан со свойствами взрывчатки, возможно, это была и диверсия, но люди
перепугались. Тогда Ледин вместе с главным инженером первого главка П.В.
Лактионовым убрали из мастерской всех, сами стали за снаряжательные прессы и
снарядили "А-IX-2" все снаряды опытной партии.
Дело под руководством СЭПБ пошло вперед. К началу 1943 г. объем производства
гексогена увеличился в 15 раз, к середине 1943 г. работа СЭПБ была практически
закончена - все противотанковые и авиационные снаряды, которые промышленность
поставляла фронту, снаряжались взрывчаткой "А-IX-2", ею же снаряжалась и часть
снарядов морской и зенитной артиллерии.
Е.Г. Ледин в своих воспоминаниях ни разу не упомянул Берия, что и не мудрено - журнал
"Военно-исторический архив", в No.7 котором напечатаны воспоминания Ледина, из

номера в номер стенает и плачет по "невинным жертвам сталинизма". Но тем не менее
Ледин написал:
"Сразу же после выхода приказа по НКБ о назначении начальником СЭПБ, в 2 часа ночи
меня вызвали на Лубянку. Там со мной познакомился сотрудник НКВД и сказал, что его
ведомству поручено оказывать содействие работам СЭПБ, для чего у нас будут
еженощные встречи в это время.
При этом он добавил, что при широком размахе работ по всей территории Союза,
сотрудники НКВД на местах могут оказать помощь в случаях задержек или поисков
необходимого оборудования, или материалов по представляемым мной сведениям.
В ряде случаев, на этапах строительства, монтажа и подготовки производства, эта
помощь способствовала ускорению работ.
Встречи на Лубянке происходили каждую ночь, до окончания работы СЭПБ в сентябре
1943 г. и всегда заканчивались вопросом, который органически противоречил всему моему
естеству: "Нет ли у вас замечаний о противодействии или саботаже проведению
работ?" Зная методы, которые применялись НКВД, я испытывал тягостное чувство и
душевный протест, исключавшие всякую возможность такого рода "помощи", и ни разу
не дал на этот вопрос положительного ответа".
А вот это напрасно, напрасно Ледин не попросил защиты у НКВД, поскольку шакалы
наркомата боеприпасов сразу поняли, что человек он стеснительный и его можно грабить,
как хочешь.
Нарком боеприпасов Борис Львович Ванников был опытнее его в этих делах. Поэтому о
присуждении Сталинской премии за изобретение и постановку на производство
взрывчатки "А-IX-2" Е.Г. Ледин узнал в марте 1943 г. из газет, оттуда же он узнал, что у
него в соавторах состоит тот самый начальник первого главка, который мешал освоению
"А-IX-2", как мог.
Поняв, что его и его людей нагло "кинули", сразу же после сдачи окончательного отчета
Ледин решил сам заняться вопросом награждения тех, кто отличился при создании и
освоении его взрывчатки. Он подготовил список на награждение орденами 35 работников
СЭПБ, позвонил лично Б.Л. Ванникову, и тот пообещал его с этим списком вызвать,
чтобы решить вопрос о награждении. Далее Ледин пишет: "Но вызова не последовало; в
скором времени вышел Указ Верховного Совета СССР о награждении тридцати пяти
работников НКБ высокими правительственными наградами, причем никто из
награжденных не имел никакого отношения к работе СЭПБ". Мы должны догадаться из
этих слов деликатного Ледина, что его, руководителя СЭПБ, автора и изобретения, и
выдающейся технологии, в этом списке тоже не было. А кто же там был? Ледин
продолжает: "Состав награжденных был довольно пестрым, и для многих из них,
которых я знал, награждение было совершенно неожиданным". Ну так уж
"неожиданным" - разве они не знали, что они для Ванникова "свои", и что Борис Львович
своих не забывает?
И Ледин, не могущий себе простить до сих пор то, что он не сумел наградить
действительно заслуживших, с горечью пишет: "...я пришел к выводу, что мне надо было
доложить о выполнении задания лично председателю ГКО, а не наркому, и поэтому
являюсь единственным виновником происшедшего. Но кто мог подумать?"

Как вам нравится это раскаяние? Оказывается, не подлец Ванников, обворовавший
заслуживших свои награды людей, виноват, а он - изобретатель.
Поскольку я пишу о Берия и все вышеописанные примеры даю для его характеристики, то
хочу сделать вывод - ни один из клянущих Берия ни разу его не упрекнул в том, что он
хоть однажды, хоть кого-либо из своих подчиненных обокрал.
Его подчиненные, занимавшиеся производством вооружения - нарком Д.Ф. Устинов и
зам. наркома Н.А. Новиков - стали Героями Соцтруда уже в 1942 г., а сам Берия лишь в
1943 г. Тот же Ванников, зам. Берия в атомном проекте, стал дважды Героем Соцтруда
после испытания первой атомной бомбы в 1949 г., а Берия скромно получил очередной
орден Ленина. Когда Берия работал на Кавказе в ЧК, а затем первым секретарем ЦК
ВКП(б) Закавказья, а затем по 1945 г. наркомом ВД СССР, то у него с 1921 г. руководил
уголовным розыском Грузии гроза бандитов, бесстрашный опер Ш.О. Церетели. Он был
награжден четырнадцатью (!) орденами, среди которых орден Ленина и 7 орденов Боевого
Красного Знамени. Нет, в позорном крохоборстве, в обворовывании своих подчиненных
Берия никем не уличен!
Не обвиняют его, как Ледин между строк обвиняет Н.Г. Кузнецова и начальника Главного
артиллерийского управления РККА Н.Д. Яковлева, в пренебрежении новым и
эффективным. Еще раз напомню - это Берия первым поднял вопрос о создании атомной
бомбы, поднял тогда, когда даже ученые в это не верили.
Но я хочу рассмотреть вопрос о том, было ли сопротивление Н.Г. Кузнецова, Н.Д.
Яковлева и Ко принятию на вооружение новой взрывчатки случайным, от лени,
недомыслия или все же они руководствовались другими мотивами?
Обыватель
На нужную мысль меня натолкнул все тот же Ледин, хотя он сам об этом и не подозревал.
Еще раз напоминаю, что я пересказал его записки по-своему, он человек деликатный и
никого в них не упрекает.
Не понятна его судьба после окончания работы по "А-IX-2". В 1943 г. его назначили
начальником МТЛ ВМФ. Напомню, что первым начальником этой лаборатории был Д.И.
Менделеев. Ледин отстраивает лабораторию в разрушенном Ленинграде, собирает
оборудование. В итоге победным летом 1945 г. лабораторию вдруг закрывают, а его
переводят в Министерство сельскохозяйственного машиностроения. Затем в его
биографии идет ряд должностей, никак не связанных с научной работой, и в 56 лет его
отправляют на пенсию полковником запаса. Интересно, но автору выдающейся теории в
области взрывчатых веществ не было присвоено никаких ученых званий!
Теперь попробуйте напрячь фантазию и представить себе описанный Лединым такой
случай (выделение сделано им).
"Как-то, много лет спустя, я встретился, в ожидании поезда, на платформе
московского метро, с бывшим председателем Артиллерийского комитета ГАУ, генерал-
лейтенантом, доктором технических наук Константином Константиновичем Снитко.
Он был в штатском, с портфелем в руке и, видимо, еще продолжал свою
преподавательскую деятельность в Артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзержинского,
где был долгое время начальником кафедры взрывчатых веществ. Мы были хорошо
знакомы, так как до этого часто общались на деловой почве.

Поздоровавшись со мной, Константин Константинович задумался и спросил: "Знаете
ли вы, почему вам удалось осуществить ваше предложение?" и, видя, что я
недоумеваю, ответил сам: "Потому, что никого из нас здесь не было"...
Ледин выделенные им же слова никак не комментирует, давайте попробуем это сделать
мы.
В понимании обывателя (который всегда считает себя умнее всех и которому мы позже
дадим другой термин), Ледин дурак. Отказался от денег и звания, когда изобрел
взрывчатку, не скандалил, когда его обокрали наградами, не стал добывать себе ученых и
воинских званий. А Снитко умный: и ученое звание себе добыл, и воинское, никакой
теории не разработал, но кафедру в академии получил.
У Снитко есть все основания глядеть на Ледина через губу - у Ледина "жизнь не удалась",
а у Снитко удалась. Но... Одно мешает - Ледин автор выдающихся изобретений, а Снитко
просто генерал-лейтенант и доктор технических наук. И вырывается невольное
признание...
Напомню о чем оно: когда Ледин приехал в Москву и добился, достучался до ГКО - до
Сталина, то в Москве в это время не было "специалистов" Главного артиллерийского
управления, в том числе и этого Снитко, - они эвакуировались. И только поэтому, как
говорит Снитко, они не смогли помешать внедрению "А-IX-2". Вопрос - а почему все они,
включая Кузнецова, Яковлева, их работников, работников наркомата боеприпасов, хотели
нанести существенный вред СССР? Почему они препятствовали внедрению "А-IX-2"?
В нашей истории довольно хорошо изучены мотивы, которыми руководствовались
патриоты, понятны и мотивы, которыми руководствовались откровенные предатели. Но
никто не занимался изучением мотивов, которыми в годы войны руководствовался
обыватель, а ведь именно он составлял большинство населения. Обыватель - это тот, чьи
цели в жизни ограничиваются желанием вкусно жрать, трахаться, иметь побольше
барахла и не иметь опасностей для существования. Обывателю плевать, какая власть на
дворе, ему мила любая власть, которая удовлетворяет его желания. Для удовлетворения
желаний нужны деньги, для того, чтобы их иметь, надо работать или служить. И
обыватель работает и служит: и шахтером, и дояркой, и ученым, и генералом. Обыватель
всегда хвалит и громче всех клянется в верности существующей власти, но только потому,
что надеется этим схватить у нее кусок побольше.
Понятие чести, долга, патриотизма ему неведомо, но предать откровенно он боится.
Однако это не значит, что он не смотрит в будущее.
Вот представьте. Началась война с немцами. Какие мысли должны были появиться у
обывателя? Мог ли он верить в победу СССР? Никогда! Посудите сами.
Обыватель, даже с образованием, всегда туповат: зная себя, он такими же представляет и
всех своих соплеменников. Российский обыватель всегда млел перед Европой, а Гитлер -
это Европа! И обыватель без сомнений считал - куда уж нам, лапотным, супротив
Европы!
Более того, немцы поставили на колени остальные страны континента, их армия
оглушительно разгромила армии остальных государств. Ну куда России (в понимании
обывателя) с немецкой армией и всей Европой тягаться?!

Обыватель - подлый трус, в его понимании и все остальные - такие же. Кто же (в
понимании обывателя) будет сопротивляться немцам, если "все мы трусы"?
Обыватель свято верил, что Германия победит СССР, тем более что немцы это сделали в
Первую мировую, когда на стороне России была Франция, Италия, США, Бельгия и
прочие страны. А одной России, с отсиживающимися на островах британцами, немцев
никогда не победить!
Говорить об этом обыватель не мог - во время войны за такие разговоры могли
расстрелять, но не думать о будущем он ведь тоже не мог!
Генеральская измена
В июле 1941 г. Верховный Суд СССР судил изменников: командующего Западным
военным округом героя Советского Союза генерала Д.Г. Павлова с некоторыми
генералами его округа. Я уже не раз в статьях цитировал протокол заседания этого суда,
но процитирую его еще раз, чтобы вы взглянули на этих предателей как на трусливых и
подлых обывателей. Председатель суда Ульрих спрашивает у Павлова:
"Ульрих. На лд27 86 тех же показаний от 21-июля 1941 года вы говорите: "Поддерживая
все время с Мерецковым постоянную связь, последний в неоднократных беседах со мной
систематически высказывал свои пораженческие настроения, указывая неизбежность
поражения Красной Армии в предстоящей войне с немцами. С момента начала военных
действий Германии на Западе Мерецков говорил, что сейчас немцам не до нас, но в случае
нападения их на Советский Союз и победы германской армии хуже нам от этого не
будет". Такой разговор у вас с Мерецковым был?
Павлов. Да, такой разговор происходил у меня ним в январе месяце 1940 года в Райволе.
Ульрих. Кому это "нам хуже не будет"?
Павлов. Я понял его, что мне и ему.
Ульрих. Вы соглашались с ним?
Павлов. Я не возражал ему, так как этот разговор происходил во время выпивки. В этом
я виноват".110
Т.е. еще в 1940 г. два обывателя прозондировали друг друга и поняли, что они
единомышленники. И им плевать, какая власть в России, им, генералам, и при Гитлере
будет хорошо. Будет же Гитлер из русских формировать туземную армию, вот они ему в
этой армии и сгодятся, и жизнь будет (в смысле барахло и баб) лучше, чем при Сталине.
Отсюда, понятно, для обывателя следовало, что как только в ходе войны случится оказия
(как у генерала Власова в 1942 г.), то нужно поднять руки и кричать: "Сталин капут! Их
бин любит Гитлера!" Но и Павлов, и Мерецков понимали, что таких умников, как они,
будет много, и Гитлер сможет обойтись и без них. Становилось очень важно сделать на
пользу Гитлеру что-то, чем впоследствии можно было бы козырять. Мерецков эту
проблему для себя решил, когда был начальником Генерального штаба РККА. По этому
поводу Ульрих задал Павлову вопрос:

"Ульрих. На предварительном следствии (лд 88, том 1) вы дали такие показания: "Для
того чтобы обмануть партию и правительство, мне известно точно, что генеральным
штабом план заказов на военное время по танкам, автомобилям и тракторам был
завышен раз в 10.
Генеральный штаб обосновывал это завышение наличием мощностей, в то время как
фактически мощности, которые могла бы дать промышленность, были значительно
ниже... Этим планом Мерецков имел намерение на военное время запутать все расчеты
по поставкам в армию танков, тракторов и автомобилей". Эти показания вы
подтверждаете?
Павлов. В основном, да. Такой план был. В нем была написана такая чушь. На основании
этого я и пришел к выводу, что план заказов на военное время был составлен с целью
обмана партии и правительства".110
Мне обязательно скажут, что это следователи НКВД больно били генералов Павлова и
Мерецкова палками по голове и заставили их придумать ложь про мобилизационный план
и оговорить себя. У следователей не хватило бы ума и знаний, чтобы такое придумать,
поскольку мобилизационный план - это такая тайна, в подробности которой посвящены
едва ли с десяток высших должностных лиц государства, в число которых следователи
НКВД не входят.
Что касается мобилизационного плана, подло составленного Мерецковым с участием
других лиц, есть и независимый свидетель. Василий Гаврилович Грабин по заданию ГАУ
РККА создал дивизионную пушку Ф-22, и она была принята на вооружение в армии. Но
только освоили ее производство, как в тайне от Грабина генералы вдруг приняли решение,
что эта пушка плохая и ее нужно заменить новой. Грабин лишь через год узнал об этом,
включился в конкурс и создал новую дивизионную пушку Ф-22УСВ. Эта пушка вновь
победила своих конкурентов, но производство (станки, инструмент, модели, штампы)
пришлось перенастраивать под производство нового орудия. Дальше Грабин пишет
(подчеркнуто мною - Ю.М.):
"Недолго пушка УСВ шла в производстве - один только 1940 г. В 1941 г. заказчик -
Главное артиллерийское управление - не заключил договор с заводом о продолжении
поставок УСВ. Почему? Это было нам непонятно. Возникали разные предположения.
Только одной мысли мы не допускали, что дивизионных пушек уже сделано столько,
сколько потребуется во время войны. Желая внести ясность, мы обратились в высшие
инстанции с просьбой указать причины прекращения производства пушек Ф-22 УСВ. Нам
ответили, что мобилизационный план выполнен полностью.
Что ж, военным виднее - они сами определяют потребность армии в пушках. И раз они
говорят, что мобилизационный план выполнен, значит, так оно и есть. Но правильно ли
был составлен мобилизационный план?
Начало Великой Отечественной войны показало, что это было далеко не так: нехватка
дивизионных пушек была очень острой. Поэтому, хотя к 1941 г. выпуск пушек УСВ был
прекращен, в начале войны они вновь были поставлены на валовое производство".
А на стр. 457 своих воспоминаний Грабин пишет: "Самый приблизительный подсчет
показывал, что на вооружении Красной Армии к началу 1941 г. все-таки меньше
дивизионных орудий, чем на вооружении русской армии перед Первой мировой войной".111

Юрий Мухин

Tags: служение, смыслы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments