April 4th, 2015

солнышко

(no subject)

Озаботилась новыми окнами. В рекламках предлагают уж так дёшево, так дёшево)
Пригласила замерщика...более или менее приличные окна обойдутся в 50 с лишним тысяч. Правда, это с демонтажом старых, полной установкой и выносом мусора. Ох и дурют нашего брата))
солнышко

(no subject)

Мне нравится русская деревня. Особенно нравятся люди, которые в неё начинают возвращаться.
Это настоящие русские. Они такие, как будто вспомнили что-то очень важное в жизни. Что-то такое, что мы все пытаемся вспомнить в себе, а вспомнив, пугаемся. Пугаемся того, что внутренний голос нам подсказывает, что нужно много трудиться.
Гоним от себя этот голос, потому что так не хочется менять приятную жизнь с кучей разных няшек, присущих цивилизации.
Давимся в пробках, крутимся в пыльных офисах... А настоящая жизнь - она там.... Где-то. Она снится нам иногда, но мы не хотим. Не хотим рано на рассвете выехать в поле, где ещё клубятся хвосты тумана. Не хотим вечером с чувством выполненного долга и усталостью в ногах, спине и руках вернуться домой и выпить крынку парного молока, поданного женой.

Мы отворачиваемся от этих видений и снов. Нам тепло и уютно в своём мирке, где окружающие чужие друг другу.
солнышко

ПРОЕКТ "РАЗВИТИЕ"

РАН предложила четыре крупных проекта для модернизации экономики РФ

На днях в СМИ прошла интересная информация о проектах, которые президент РФ Владимир Путин получил от президента РАН Владимира Фортова.

Среди четырех проектов меня привлек один, под названием «Развитие». Он предусматривает строительство в Сибири скоростной железной дороги, до самого Берингова пролива.

Несмотря на то, что новость разнеслась широко, информативность ее оказалась скудной. Первоисточник всех публикаций – это интервью Владимира Фортова Российской Газете, где он вскользь, в одном абзаце рассказывает о проекте «Развитие».

В принципе, у меня бы тоже нечего было добавить кроме недоуменного интереса, если бы не одна деталь — Владимир Фортов протянул свою магистраль не куда-нибудь, а до Берингова пролива, а это дает мне основания предположить и вполне уверенно, что речь идет о «Великом Северном пути».

Трансполярная магистраль

Или, иначе говоря, Великий Северный путь - проект давний. Восходит он к идеи проложить железную дорогу там, куда только оленьи упряжки добираются, и связать неприступный Ледовитый океан с материком.

Первые проекты были созданы еще в Императорской России и тогда же, перед самой революцией в эксплуатацию пошла Мурманская Железная дорога.

При Сталине Трансполярную магистраль строили, как могли активно. Тогда же был заложен Норильск и железнодорожная ветка до Дудинки.

Collapse )

солнышко

Ни шагу назад. (Как украинские беженцы оказались на Камчатке и почему они все время улыбаются)

Камчатка В Киеве полночь, в Петропавловске-Камчатском девять утра. Улица Молчанова и ее окрестности — это серые пятиэтажки, натянутые между ними веревки с мокрым бельем, сугробы высотой два метра и дорожки, больше похожие на окопы: справа снежная стена, слева снежная стена. Из окна общежития для беженцев открывается шикарный вид на сопку Мишенную. Она очень похожа на гигантский угольный террикон — а если провести прямую дальше на восток, то через 690 километров начинается Северная Америка. «Успели добежать почти до канадской границы», — смеются беженцы на пятом этаже общежития. «В результате Евромайдана мы оказались ближе всех к Западу», — прикалываются на третьем. «Мы с ними больше не живем в одной стране и даже время суток у нас разное», — улыбаются на втором. Здесь вообще все почему-то смеются и улыбаются. «Слезы остались на родине», — мрачно шутят в курилке на первом.

Камчатка1 — Когда я был маленький, очень любил программу «Клуб кинопутешественников». Однажды там показывали Камчатку. Вулканы, лавовые поля, долина гейзеров. Вот это красота, думаю, вот бы там побывать. Лет пять назад даже поинтересовался, сколько сюда билеты стоят — нет, думаю, не в этой жизни. И вот на тебе, пожалуйста. Мечты сбываются.
На кухне дружный хохот. Михаил Святенко из Артемовска затягивается сигаретой и прямой наводкой выдыхает струю дыма в сторону окна. Дым растекается по стеклу, на несколько секунд сопка Мишенная извергается никотином.
— Я до сих пор не могу осознать, — уже без шуток продолжает Михаил. — Мне сны хорошие снятся, как будто все по-прежнему. А просыпаюсь — и опять приходится привыкать к мысли, что какие-то люди, мои соотечественники, превратили процветающий регион в руины, а нам пришлось спасаться от них на другой стороне земного шара.
Еще одна затяжка, над сопкой за окном снова поднимается столб табачного дыма.
Михаил полжизни проработал на шахте №10 имени Артема, потом ушел в частное строительство. На новом месте он быстро освоился: рукастые люди везде нужны.
Collapse )