anisiya_12 (anisiya_12) wrote,
anisiya_12
anisiya_12

Category:

Продолжение записи о демоне власти

Начало тут: http://anisiya-12.livejournal.com/5328.html
В функции лидера на ранних этапах развития человейника входило погружение и удержание соплеменников в коллективных состояниях сознания. Те члены стаи, которые в силу отклонений в развитии не могли успешно подключаться к коллективным состояниям измененного сознания, а также те, чье индивидуальное сознание формировалось так, что приходило в противоречие с коллективным сознанием, подвергались безжалостной селекции.

   

Вопрос единства и монолитности психополя стаи был вопросом выживания. Не удивительно, что человейник дал право лидеру принуждать, изгонять и даже убивать «бракованных» членов.   
Безусловно, быть военным вождем, полицмейстером и шаманом в одном лице сложно. Часть функций лидера была «сброшена» на наиболее подходящих по своим качествам сородичей, которые, естественно, получили свою долю от «пирога власти».
Привилегированное положение лидирующей группы (властвующих и управляющих) закрепилось в «ментальной картине мира» и сохранилось до сих пор.

В ходе эволюции стали все четче проступать и развиваться специализированные элементы системы человейника. Кто-то совершенствовался во властвовании (лидерстве), кто-то подчинялся, развивая в себе необходимые качества, кто-то специализировался на удержании соплеменников в состоянии «коллективного сознания» и тонком, экстрасенсорном взаимодействии со средой обитания.

По представлениям Бориса Диденко, (его прекрасная работа «Хищная власть» включена в библиографию к данной книге), внутривидовое разделение произошло по критерию отношения к власти. Выделились суперанималы, суггесторы и диффузники, позже появились неоантропы. Термины введены самим Борисом Диденко, для их наглядного пояснения мы подобрали соответствующие иллюстрации. Всмотритесь на типажи на картинах, и все станет ясно без лишних слов, кто есть кто. И какое имеет отношение к Власти.

Илл.

В кибернетической схеме управления человейником данные типы различаются по исполняемым функциям:

суперанимал — специализация в осуществлении функции насилия и принуждения (власти),

суггестор — функция хранения и передачи знаний и внедрение требуемой «картины мира» (идеология),

диффузник — функция подвластности и непосредственная трудовая деятельность по преобразованию среды обитания,

неоантроп — «инакомыслящий», носитель «иной картины мира», отдельные особи и целые группы, опередившие современников в эволюционном развитии.

Суперанималы и суггесторы представляют собственно власть (объект управления) Диффузники — субъект управления (подвластные) в чистом, рафинированном виде. Неоантропы смягчают трение между властью и народом, между субъектом и объектом управления. Неоантропы находятся на том уровне внутреннего развития, когда мало нуждаются во внешнем управлении и принуждении, что вызывает естественное раздражение властителей. Но с самобытностью неоантропов властвующим приходится мириться, потому что в среде неоантропов концентрируется подлинный интеллектуальный и духовный потенциал человейника, своего рода эволюционный резерв выживания. Неоантропы своей разумностью и гуманностью снижают общий уровень насилия в человейнике, повышают нравственный и интеллектуальный уровень развития диффузников.

Неоантропы это та самая интеллигенция (с этим термином я не согласна (anisiya_12) тут авторы (Диденко?) путают понятие интеллигент и альтруист - скорее альтруисты), которую презирают и власти, и народ, но без которой ни те ни другие не могут обойтись. Без этих бессребреников и духоборцев жизнь человейника была бы постылым адом без всякого проблеска надежды, искорки Знания и атома душевного тепла.

Антрополог, наблюдая жизнь первобытного племени, сразу же выделяет сильных, агрессивных лидеров и их окружение, мудрых стариков и шаманов и агрессивно-послушное большинство. Те же специализированные группы мы можем легко выявить в любом коллективе наших современников. На протяжении тысячелетий существования человечества менялись лишь внешние формы человейников, но не их содержание и «социальные роли», которые должны исполнять люди.

* * *

А теперь немного поспорим с Борисом Диденко.

Ключевым элементом в эволюции сообщества гоминидов он ставит адельфофагию — поедание одних членов сообщества другими. Иными словами, внутривидовую агрессию как движущий фактор эволюции вида в крайней форме. Хищничество в прямом физиологическом смысле слова как истинную подоплеку Власти. Звучит страшно, тем более что теория Поршнева, на которую опирается в своих рассуждениях Диденко, имеет достаточно веские претензии на истинность.

По мнению Бориса Диденко, часть человейника была превращена в некий «пищевой резерв» на случай неблагоприятного влияния окружающей среды. И когда все животные страдали и гибли от бескормицы (засуха или заморозки), то сообщество протогоминидов просто пускало в пищу наиболее слабых. Причем, делало это регулярно, на уровне физиологического и социального рефлекса. Что, с одной стороны, дало мощный эволюционный коридор для развитии вида, с другой стороны, форсировало процесс внутривидовой специализации: выделились те, кто пожирает, те, кого «пускают под нож», и те, кто удерживает психополе стаи в спокойном состоянии, внушая необходимость, разумность и законность вопиющему акта поедания себе подобного. Дальнейшее развитие человейника несколько гуманизировало процесс адельфофагии. Вместо плоти сильнейшие (суперанималы) стали отнимать и «проедать» результаты труда покорных подвластных (диффузников). А суггесторы по мере развития сознания и форм передачи информации развили мощную и сложную систему аргументов для оправдания царящей в человейнике несправедливости. Хищность суперанималов и исключительное положение суггесторов объяснялась то «божественными законами», то закреплялась письменными кодексами и правилами, и так вплоть до современных научных политологических и экономических теорий. Свою лепту в вносили и сами страдающие диффузники, чье отравленное страхом сознание рождало такие перлы как «До Бога высоко, до царя далеко», «Закон, что дышло, куда повернешь, туда и вышло», «Всяк сверчок знай свой шесток» и прочие.

Доля истины в рассуждениях Бориса Диденко имеется. Действительно, убийства внутри человеческих сообществ происходят на протяжении всей истории человечества. Каннибализм и адельфофагия (поедание своего сородича) — в тех или иных формах существуют и поныне. От прямого поедания трупов в «диких» племенах до психопатологических проявлений у отдельных наших современников и у целых групп, например в периоды массового голода. И очевидно, что корни к способности (если не потребности) убивать себе подобных следует искать в эпохе зарождения человейника.

Но было ли все так просто? Захотел есть — взял и убил. Вряд ли… Попробуем рассмотреть эволюцию сообщества протогоминидов как становление и развитие сложной саморегулируемой системы, с течением времени развившуюся в человейник.

Очевидно, что развитие внутри стаи не могло идти равномерно: кто-то же должен был отставать, идти не в ногу или забегать вперед в эволюционном развитии. Наверняка были и дегенераты, не способные к обучению через коллективное состояние. Часть неумех и неадекватных гибла в столкновении со средой. Выбраковывалась так, как это происходит у всех животных. Но большую часть наши дальние предки уничтожали физически или изгоняли из коллектива. Что, по сути, та же смерть только в «социальном» варианте.

Изгнанник «отключался» от единого психополя человейника и тем самым лишался навыков и знаний. Выстоять в одиночку против среды обитания человек не может по определению. Это очевидно, учитывая, что он есть продукт и неотъемлемая часть человейника, сформирован и создан исключительно для успешного функционирования в системе социальных связей человейника как своей естественной и единственной среде обитания.

До сих пор у североамериканских индейцев существует обычай давать имя изгнанного первому же родившемуся младенцу и напрочь забывать того, кому это имя принадлежало раньше. Сейчас это просто дань традиции. Но восходит она к тем временам, когда изгнание фактически означало смерть.

Итак, внутривидовая агрессия была направлена на упреждающую селекцию наименее приспособленных к коллективной деятельности. Человейник «зачищал» бракованных членов раньше, чем это сделает внешняя среда.

Возможно, на каком-то этапе развития, близкого к диким животным, трупы убитых сородичей поедались. Но вряд ли часть племени когда-либо рассматривалась исключительно как источник пищи. Иначе адельфофагия, дай она столь ощутимое эволюционное преимущество, неминуемо была бы закреплена как свойство вида на биологическом уровне. А из истории человечества видно, что был закреплен навык коллективной трудовой деятельности.

Практически во всех нам известных человейниках захваченные чужаки не поедались, а принуждались к труду. Из них делали рабов — «живые орудия труда», а не «ходячие консервы». В наше время каннибализм как социальную норму демонстрируют только «дикие» племена, обитающие в трудно доступных районах. Их низкий уровень развития говорит сам за себя. Каннибализм — тупиковый путь эволюции. А прогрессировали только те человейники, где социальной нормой стало принуждение к труду и принудительное изъятие результатов труда. История развития человейников со всей очевидностью показывает, что грубое физическое насилие суперанималов эволюционировало в сторону более мягких и завуалированных форм принуждения: рабство сменялось экономической и интеллектуальной зависимостью. Подвластные (диффузники) не «тренировали» себя в жертвенности в буквальном смысле слова, а развивался и закреплялся признак диффузности как покорность при несправедливом перераспределении результатов коллективного труда.

Равным образом не произошло и закрепления каннибализма как физиологически необходимого акта у самих властителей.

С определением Власти как внутривидового хищничества трудно не согласиться. Весь вопрос: а чем, собственно, питаются властвующие?

А питаются они жизненной энергией подвластных. Властвующие хищнически присваивают себе большую часть результатов коллективного труда, «жируют» за счет остальной части сообщества. Но это видимая, материальная сторона. На более тонком уровне властвующие, по сути, пожирают жизненную, витальную, творческую, созидательную энергию подвластных. Но они же не питаются в буквальном смысле плотью подвластных и не пьют кровь стаканами!

Оспорить выводы Бориса Диденко можно еще одним аргументом. Допустим, что некая хищность как производная от изначальной адельфофагии закрепилась у некоторых представителей вида хомо сапиенс на генетическом уровне. Допустим, хотя материального носителя — «гена хищности» — до сих пор не обнаружено. Как нет абсолютно никаких биологических отличий у властвующих с подвластными ни на морфологическом, ни на физиологическом, ни на генетическом уровне. Наука не обнаружила у властителей некоего «органа власти».

Суперанимал, суггестор и диффузник это не только подвиды, как их подает Борис Диденко. В системе человейника — это еще и функции в системе управления, и социальные роли, которые обязательно должны быть сыграны в спектакле жизни. Любым членом сообщества, если мы хотим, чтобы сообщество сохранилось. Любым, волей судьбы и случаем занесенным на ту или иную «должность» в системе человейника.

Можно привести тысячи примеров, когда самый радужный неоантроп или серенький диффузник, оказавшийся в роли властителя или ставший только чуть-чуть причастным к власти, практически моментально превращается в то, что от него требуется по новой социальной роли — в хищника. Словно по законам театра, а не генетики, он сам начинает играть короля, и остальная труппа вовсю ему в этом помогает. Плохо или хорошо, талантливо или нет, но роль Ричарда он сыграет. Или кончит, как Гамлет. Охищнивание, если возможен такой термин, полное перерождение личности попавшего во власть происходит с такой скоростью, что невольно закрадывается мысль о некой психической болезни, вроде наведенного психоза. Доля истины в этом есть.

У властителей легко обнаружить некие девиации в сознании, психологические особенности и отклонения, не только врожденные, но и быстро приобретаемые. Но нет никакого четко выделяемого психологического «комплекса власти». Как нам кажется, патологию следует искать в тонких полевых взаимодействиях — психоэнергетических, биоэнергетических, а не в психофизиологии. С Григорием Климовым, обнаружившим некий «комплекс Ленина» на основе гомосексуализма, мы поспорим в главе, посвященной психологическим особенностям лидера.

Считаем, что Борис Диденко несколько перегнул палку, абсолютизировав внутривидовое убийство, возведя его чуть ли не в источник пищи для властителей. Внутривидовое убийство есть акт управления в человейнике, а не способ добывания пищи властителями. Хищничество властителей направлено на присвоение большей доли результатов коллективного труда и достижение максимального личного комфорта. Внутривидовое насилие в человейнике осуществляется не столько над телом, сколько над сознанием и духом. Так повелось, что управление в человейнике невозможно без «применения власти»: подавления воли страхом смерти и внедрения в сознание управляющей команды.

На наш взгляд, собственно убийство соплеменника есть нечто большее, чем апофеоз внутривидового насилия.

А теперь, когда мы разобрались, в чем же суть внутривидового насилия в человейнике, попробуем максимально точно воссоздать картину «первого убийства» внутри зарождающегося человейника, включив в анализ тонкие полевые взаимодействия внутри стаи.

Вся стая сосредоточенно долбит камнем о камень, изготавливая тысяча первый скребок или что-то вроде того. А один особо продвинутый или деградирующий товарищ в это время считает ворон на небе или блох в своей шкуре. Вожак быстро входит в состояние аффекта и камнем пробивает ему череп. Стая во всеобщем раже с энтузиазмом заканчивает начатое вожаком. И, допустим, поедает то, что секунду назад было их соплеменником. Затем успокаивается и дружно принимается за работу.

Почему такое стало возможным? Не просто физическое насилие над ослушником, а убийство соплеменника?

Очевидно, что жертва должна была идентифицировать себя как чужак или как враг. Иначе бы вожак не бросился, а стая не подхватила бы атаку.

Вспомним, что стая — единый организм. Все, кто находится вне стаи, — чужаки, которые рассматриваются как потенциальная опасность или добыча. Стая спаяна не только узами кровного родства, но и единым психополем. И тот, кто не подключен к этому полю, кто выпадает из него, — чужак: враг или добыча.

Отключение от единого психического поля отдельного члена стаи было для всех мощнейшим шоком. Представьте себе, что рядом с вами, когда вы, уютно устроившись в кресле, читаете книгу, вдруг откуда ни возьмись, возникнет бандит с окровавленным топором в руке. Реакция ваша будет моментальной. Или бежать, или нанести упреждающий смертельный удар. (Вариант обмереть со страха и покорно ждать смерти не будем рассматривать в виду его эволюционной бессмысленности). Вот так же моментально материализовался враг в лице соплеменника, выпавшего из коллективного психополя. И поступала стая с ним соответственно.

Столкнувшись с феноменом выпадения из коллективного психополя отдельных особей, наши предки оказались перед дилеммой: либо пусть среда убивает нас, либо мы сами упреждающе убьем тех, кто мешает выживать. Сработал предиктор-корректор, и наши предки разрешили убийство. Более того, сделали его регулярным актом. Чем выиграли эволюционную гонку у близких им по развитию видов обезьян, где систематического внутривидового убийства не было и нет до сих пор.

Спору нет, убийство себе подобного отвратительно и достойно осуждения. Но эволюция живых существ не имеет понятия морали. Хорошо лишь то, что способствует выживанию.

Да, люди разрешили себе убивать себе подобных и признали внутривидовую агрессию нормой в человейнике. И что в итоге? Мы на машинах и на метро приезжаем в зоопарк посмотреть на обезьян в клетках зоопарка. Мы — в фабрично изготовленной одежде, они — всѐ еще в шкурах. Они едят всѐ те же бананы, как миллион лет назад, а мы — мороженое и пирожки с мясом. Они — по ту сторону клетки. И пребудут там во веки вечные. Потому что они не убьют своего.

Мы же сделали свой выбор тысячелетия назад, и каждый день его подтверждаем. Убивали, убиваем и еще долго будем убивать себе подобных. Поэтому мы владеем планетой и всем, что на ней есть.

Коллективная трудовая деятельность и внутривидовое убийство — вот основа цивилизации. Хотим мы того или нет, но это так. И мы такие, какие есть. Поэтому и живем так, как можем и умеем, как научились за миллионы лет эволюции. Человек — это не только звучит гордо. Порой это звучит страшно.

Животные гибнут в борьбе с окружающей средой. Человек максимально защитил себя от воздействия среды еще на ранних этапах своей истории, а потом еще выстроил вокруг человейника бастионы техногенной среды: каменные дома, мосты, транспортную систему, промышленные производства средств питания, развлечения, сохранения жизни и средств уничтожения. И стал гибнуть преимущественно во внутривидовой борьбе, бушующей внутри человейника.

Заметки на полях

За год в Москве тонет несколько десятков человек. А сколько убивают, насилуют, калечат, грабят? Несколько тысяч. По всей стране только в пьяных застольных драках убивают тридцать тысяч человек ежегодно. В два раза больше, чем за всю афганскую войну. В автомобильных авариях гибнет двадцать тысяч в год. Ежегодно в России двести пятьдесят тысяч женщин становятся жертвами насильственных преступлений. Но это бытовой «производственный» травматизм в условиях цивилизации.

Но вот еще факт. Продолжительность жизни предпринимателя в эпоху «кооперативного движения» составляла… от двух месяцев до года! Чем ближе человек подходил к первому заработанному миллиону, тем ближе оказывался к могиле. Экономическая реформа, как всегда, творилась на костях и крови. Активных и пассивных ее участников.

Молох цивилизации требует жертвоприношений. В топку прогресса человечество обречено подкидывать человечину тоннами. И исправно это делает. Под чутким и гуманным руководством своих властителей   
Олег Маркеев, А.Масленников, М.Ильин "Демон власти" (подробнее об авторах в конце моего поста здесь: 
http://anisiya-12.livejournal.com/5052.html  Хотя уж Олега Маркеева, я думаю, знают все.

Tags: демон власти
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments