anisiya_12 (anisiya_12) wrote,
anisiya_12
anisiya_12

В те годы ни у кого из политиков Запада не оставалось сомнений в том, что с Россией как единой держа

"В те годы ни у кого из политиков Запада не оставалось сомнений в том, что с Россией как единой державой покончено. Этот процесс приобретал тенденцию необратимого обрушения."

Почему я, читая нижеследующие строки (текст под катом) испытываю сильнейшее де-жа-вю..... Может ли это быть де-жа-вю ещё не состоявшегося, но будущего. И к этому вектору нас несёт с неудержимой силой. Затягивает, как в воронку.

Истинные революции те, какие не ограничиваются лишь изменением политических форм и личного состава правительства, а... ведут к перемещению собственности...
А. Матъез
«Молодое Советское правительство оказалось во главе России, когда развал экономического и политического уклада государства вошел в стадию необратимого разрушения. Положение было тяжелейшим. Стихийная национализация предприятий промышленности, захват крестьянами помещичьих земель, начавшиеся еще при Временном правительстве, вызвали бегство бывших хозяев. Страну ожидали трудные времена. Теперь на открытый саботаж новой власти пошли служащие государственных учреждений. Интеллигенция. На их места приходили молодые революционеры, полные прекрасных идей о «грядущем светлом будущем», но не имевшие ни малейшего представления о методах и способах претворения этих идей в практику жизни.
Самые благие намерения и дерзновенные замыслы погибают от болтовни. Много обещавший, но не кредитоспособный Февраль канул в Лету. «Все было кончено, — пишет русский писатель. — По опустевшим улицам притихшего Петербурга морозный ветер гнал бумажный мусор — обрывки военных приказов, театральных афиш, воззваний к «совести и патриотизму» русского народа. Пестрые лоскуты бумаги с присохшим к ним клейстером, зловеще шурша, ползли вместе со снежными змеями поземки.
Это было все, что осталось от еще недавно шумной и пьяной сутолоки столицы. Ушли праздные толпы с площадей и улиц. Опустел Зимний дворец, пробитый сквозь крышу снарядом с «Авроры». Бежали в неизвестность члены Временного правительства, влия-тельные банкиры, знаменитые генералы... Исчезли с ободранных и грязных улиц блестящие экипажи, нарядные женщины, офицеры, чиновники, общественные деятели со взбудораженными мыслями... Испуганный прохожий жался к стене, косясь на патрули — на кучи решительных людей, идущих с красной звездой на шапке и с винтовкой, дулом вниз. Через плечо.
...Страшно, непонятно, непостигаемо. Все кончилось. Все было отменено... Чины, отличия, пенсии, офицерские погоны, буква ять, Бог, собственность и само право жить, как хочется, — отменялось. Отменено!..»
Установившаяся в октябре в России власть определила свои исторические полномочия как диктатура пролетариата, но в течение длительного времени, названного «военным коммунизмом», большевики не могли думать о создании определенной социально-эко-номической системы. Об этом не могло быть серьезной речи. Они не могли закрыть глаза на действительное положение вещей.
Пожалуй, этот период можно назвать диктатурой здравого смысла. Россия невозможна «без мощной и твердой государственной власти», и на первых порах большевики оказались перед проблемой восстановления устоев государства.
Развращенный мелкобуржуазным Февралем народ вообще не хотел признавать никакой власти. Политическая мысль, революционные лозунги пробудили в нем «таинственное иррациональное», о котором досужая интеллигенция, со ссылками на давно жившего Пушкина и ошарашенного действительностью Бунина, любит рассуждать как о «русском бунте» — бессмысленном и беспощадном. Все это не более чем праздное словоблудие интеллигенции, возрадовавшейся, что она не может «понять Россию» своим скудным «умом». Ленин это понял и не раз утверждал, что «мелкобуржуазная анархическая стихия», присущая крестьянской психологии России, — «самый опасный враг пролетарской диктатуры».
Анархия деловитого, «крепкого», «хозяйственного мужика», озабоченного мыслями о своей семье, выплеснулась наружу, прорвалась через препоны осознанной необходимости.

Русские и нерусские люди «эшелон за эшелоном, валили миллионными толпами с фронта домой, в деревни, в степи, в болота, в леса... К земле, к бабам... В вагонах с выбитыми окнами стояли вплотную, густо, не шевелясь... Ехали на буферах, на крышах. Замерзали, гибли под колесами, проламывали головы на габаритах мостов. В сундучках везли добро, что попалось под руку, — все пригодится в хозяйстве: пулемет, и замок от орудия, и барахло, взятое с мертвеца, и ручные гранаты, винтовки, граммофон и кожа, срезанная с вагонной койки. Не везли только денег — этот хлам не годится даже вертеть козьи ножки.
...Как плугом прошлись фронтовые эшелоны по российским равнинам, оставляя позади развороченные вокзалы, разбитые железнодорожные составы, ободранные города. По селам и хуторам заскрипело, залязгало — это напильничками отпиливали обрезы.
Русские люди серьезно садились на землю. А по избам, как в старые-старые времена, светилась лучина, и бабы натягивали основы на прабабкины ткацкие станки. Время, казалось, откатилось назад, в отжившие века».
Эта впечатляющая картина, нарисованная «красным графом» — писателем Алексеем Толстым, говорит о сложности того периода, непредсказуемости поворота ситуации и обилии тех проблем, с которыми столкнулась новая власть.
Взяв власть в октябре, «большевики в течение длительного времени боролись вовсе не за социализм и коммунизм, хотя мало кто из них сознавал это с действительной ясностью». То, что впоследствии было названо периодом «военного коммунизма», еще не являлось созданием определенной новой социально-экономической системы.

             Конечно, большевикам выпала трудная и даже неблагодарная роль. Им предстояло разгребать хлам истории, восстанавливать государство, разрушенное Первой мировой войной и политикой Временного правительства. Практически им приходилось начинать с нуля. Строить государство с основания, «и по горизонтали, собирая распавшиеся части России, и по вертикали, собирая властные структуры» в определенную систему.

           Хотя 29 ноября Сталин был введен в состав Бюро ЦК, с него не было снято руководство Наркоматом по делам национальностей. Это был важный государственный пост, ибо тогда, в 1917 году, произошло то же самое, что и позднее, в конце столетия: бегство из Российской империи Украины, Белоруссии, кавказских и других регионов. И, собирая позже страну в единое целое, ему пришлось выполнить роль главного национального арбитра. Фактически он занял должность министра «иностранных» дел. От того, что «ино-странными» теперь стали бывшие территории империи, его задача не облегчалась.

          Первым нарком создал польский комиссариат. 24 ноября он представил в СНХ записку о назначении комиссара и помощника «по польским делам (военные дела, беженцы)». В конце ноября, когда Наркомат получил помещение Национального совета бывшего МВД, были созданы мусульманский, белорусский, еврейский и армянский комиссариаты.

            Далее короткий перечень говорит о разнообразии вопросов, в которые ему приходится вникать. В ноябре СНК заслушал его доклады «о торговле с Финляндией», «об Украине и Украинской раде», «о политике государства в области финансов и экономики». 31 октября Сталин сделал доклад о положении на фронте на заседании Военно-революционного комитета. В декабре вместе с Лениным он разрабатывает Декрет о создании Высшего совета народного хозяйства и участвует в заседании Всероссийской коллегии по ор-ганизации и формированию Красной Армии. На заседаниях Совнаркома он делает доклады «О положении в Оренбурге, Уральском округе, Туркестане и на Кавказе», «О Центральной раде».

     С началом переговоров в Брест-Литовске в ноябре 1917 года Сталин вместе с Лениным готовит конспект программы Брестских переговоров и участвует в подготовке Декрета о суде. Фактически он стал вторым человеком в правительстве. Впрочем, о его реальном положении в иерархии власти говорит уже тот факт, что на период кратковременного отпуска Ленина, с 23 декабря 1917 года Сталин официально был назначен председателем Совета народных комиссаров.

             Гражданская война началась не с приходом к власти большевиков, и даже не с белогвардейского «ледяного похода». Фактически она вспыхнула уже летом 1917 года как война межнациональная. После Февральской революции национальный вопрос стал проблемой политической. Махровый национализм и национал-сепаратизм, реанимированный в России в конце XX столетия, не был открытием элиты партийных ренегатов среди коммунистов.
             
             Болезнь неврастенического сепаратизма, вызванная эпидемией февральского переворота, ставила под угрозу целостность Российского государства еще в начале века.

          В те годы ни у кого из политиков Запада не оставалось сомнений в том, что с Россией как единой державой покончено. Этот процесс приобретал тенденцию необратимого обрушения. В ноябре Центральная рада объявила независимой Украину. В декабре Кишинев засвидетельствовал создание свободной Молдавии, а Литовский совет, сформированный под контролем германских оккупационных властей, заявил об образовании — для вечной и прочной связи с Германией — независимой Литвы.

         Республики и правительства плодились как ядовитые грибы после дождя. В феврале 1918 г. «независимость» провозгласили сепаратисты Закавказья. Местные сепаратистские образования возникли в Дагестане, Ингушетии, Чечне. «Правительства», заявившие о своем отторжении от России как выражении воли особого народа — «казаков», появились на Дону, Кубани и Тереке.

             Возникновение «независимых» государств порождало кровавые межнациональные конфликты. Белый генерал Деникин писал о русских в Закавказье: «Попав в положение «иностранцев», лишенных участия в государственной жизни... под угрозой суровых законов... о «подданстве»... русские люди теряли окончательно почву под ногами.. Я не говорю о моральном самочувствии людей, которым закавказская пресса и стенограммы национальных советов подносили беззастенчивую хулу на Россию и повествование о «рабстве, насилиях, притеснениях, о море крови, пролитом свергнутой властью»... Их крови, которая ведь перестала напрасно литься только со времени водворения... «русского владычества».

Обратив внимание на мнение одного из вождей Белого движения, В. Кожинов пишет: «Важно осознать, что катастрофический распад страны был следствием именно Февральского переворота, хотя распад этот продолжался, конечно, и после Октября. «Бунт», разумеется, развертывался с сокрушительной силой и в собственно русских регионах». Это была подмена принципов народного суверенитета гиперболизированным национальным самомнением; эгоизмом и националистической шизофренией интеллигенции, не способной к трезвому прогнозированию событий.

             Национальный вопрос стал одной из основных тем на состоявшемся 10—18 января 1918 года III Всероссийском съезде Советов. В докладе «О федерации советских республик», прозвучавшем 15 января, Сталин поставил вопрос о новом содержании «права нации на самоопределение». Он предложил рассматривать принцип самоопределения не с позиции эгоистических интересов национальной буржуазии, а исходя из интересов трудящихся.

            Говоря об условиях формирования Советской Республики, Сталин подчеркнул: «Все указывает на необходимость толкования принципа самоопределения как права на самоопределение не буржуазии, а трудовых масс данной нации. Принцип самоопределения должен быть средством для борьбы за социализм и должен быть подчинен принципам социализма». В газетном отчете писалось, что в заключительном слове на примере опыта парламентаризма Франции и Америки Сталин «с очевидностью показал, что демократическая по внешности власть, рождающаяся в результате всеобщего избирательного права, на деле оказывается весьма далекой и чуждой подлинному демократизму коалицией с финансовым капиталом.
Во Франции, в этой стране буржуазного демократизма, депутатов избирает весь народ, а министров поставляет Лионский банк. В Америке выборы всеобщие, а у власти оказываются ставленники миллиардера Рокфеллера.
— Разве это не факт? — спрашивает оратор... — Нам, представителям рабочих, нужно, чтобы народ был не только голосующим, но и правящим. Властвуют не те, кто выбирает и голосует, а те, кто правит».

К.Романенко
из книги "Борьба и победы Иосифа Сталина
Tags: СССР, Сталин, власть, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments